0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Я изобрел вечный двигатель что мне делать

Изобретатель вечного двигателя пророчит разорение нефтяным корпорациям

На практике изобретение такого «вечного двигателя» может произвести настоящую революцию в энергетической отрасли. Однако пока что наработками петербургского изобретателя профессиональное сообщество оценивает с осторожностью. Зато зарубежные коллеги уже пригласили ученого на Международный Энергетический конгресс.

Тема вечного двигателя всегда волновала человечество, но до сих пор возможность изобрести устройство, которое бы воспроизводило энергию без затрат топлива или других энергетических ресурсов, отрицала наука. В частности, первое и второе начала термодинамики отрицают возможности perpetuum mobile первого и второго рода.

В нынешнем году тему «Вечного двигателя» обсудят на 22-м Мировом Энергетическом Конгрессе — 2013, который пройдет в Южной Корее в октябре этого года. Корреспондент SPB.AIF.RU побеседовал с Михаилом Стекольщиковым – петербургским ученым, кандидатом технических наук, который будет выступать на этом конгрессе с докладом.

Почему люди так хотят создать вечный двигатель?

Словом, в этом нет ничего удивительно. Ведь если спросить любого современного человека, что он думает на этот счет, то, не задумываясь, ответ последовал бы положительный. Начиная с 12 века, как раз начали осуществляться крестовые походы, а то общество, которое относилось к европейскому, только пришло в движение. И как следствие всему этому, довольно активно стало развиваться искусство самых разных направлений. Более того, наряду со всем этим, возрос процесс совершенствования машин, которые приводили механизмы в движение. В особенности, это были как колеса водяного плана, так и те колеса, которые работали за счет движения животных.

Именно поэтому, появилась такая гениальная идея создания более эффективной машины, которая в свою очередь, приводила бы в движение менее затратную энергию. Встает вопрос о том, почему же энергия недорогая?! Все очень просто и вполне объяснимо. Если же она возникает из ничего, то и как следствие этому, она и не будет стоить «ничего».

Более популярная идея такого двигателя появилась еще в 16 веке. В тот самый период, когда начался переход к производительности машинного типа. Именно тогда, численность проектов такого двигателя «зашкалила» за несколько тысяч.

Кстати, изобрести такой двигатель хотели не только простые рабочие, но и даже очень знатные люди, ученые того времени. Ведь в то время, запрета на создание такого сооружения, как такового, не было.

А в конце 17 века, такие известные испытатели, как Кардано и Галилей, начали настаивать на том, что соорудить вечный двигатель невозможно. Но в то же самое время, Стевин Симон, на основании таких противоречий, открывает закон о равновесии плоскости наклона. Это и привело к открытию более важного и значимого закона о сложении трех сил по треугольнику. А к концу 18 века, после многочисленных экспериментов, большинство сделали вывод, что создание двигателя невозможно. Тем не менее, это были просто эксперименты.

С начала 1776 года, академия Франции, которая активно занималась экспериментами, наотрез отказалась от идей создания вечного двигателя. Но при всем при этом, академики не имели никаких оснований отрицать то, что невозможно брать энергию извне. И только благодаря закону о сохранении энергии, было доказано, что энергия не появляется извне и неоткуда и не девается в никуда.

От теории к практике: как вузовское образование помогает найти свое призвание

Многие выпускники советских школ в своей жизни мечтали реализовать три важные вещи — изобрести вечный двигатель, телепорт и машину времени. Тогдашний десятиклассник Леонид Вахрамеев, как и большинство его сверстников, рос на фантастических романах братьев Стругацких. Сегодня председатель совета директоров компании «Интерсвязь» запускает машину времени и отправляет читателей сайта туда, где он был старшеклассником и принимал решение, на кого пойти учиться. На врача, как мама? Или на инженера, как папа? Почему выбрал Политехнический институт (ЮУрГУ) и впоследствии ни разу об этом не пожалел? Как строил ТЭЦ в Москве во время летней практики? А после вуза попал по распределению на Север? О том, как важно правильно выбрать университет, — в интервью с Леонидом Вахрамеевым.

Читать еще:  Гул в салоне на малых оборотах двигателя

Деньги — не важны

— Леонид Александрович, сегодня абитуриенты решают — куда поступать после школы. Как считаете, что движет современными выпускниками? Стремление много зарабатывать?

— Вы заблуждаетесь. Школьники сегодня не так меркантильны, они не зациклены на деньгах. Для них цель — это успех, интересная работа. «Я делаю то, что я хочу. У меня это получается. Сколько я на этом заработаю — дело вторичное», — у этих ребят примерно такой ход мыслей. Выпускники школ выбирают хорошие вузы, изучают возможности университета, ориентируются на перспективные и востребованные специальности.

Если в инженеры, то только Политех

— На кого учились вы?

— Я энергетик, окончил энергофак ЮУрГУ по специальности «электрические станции».

— В то время, когда вы оканчивали школу, многие ребята мечтали о профессии космонавта. В ваших планах случайно не было полетов на Луну?

— Представьте, 10-й класс. Стандартная проблема — куда подавать документы. Моя мама — врач-хирург, а папа — инженер. Так что выбор был таков: либо идти по медицинской линии, либо по инженерной. Я считал, что медицина — это для девчонок. Поэтому решил — пойду в инженеры в Челябинский политехнический институт. В ЧПИ впечатляло всё, начиная от внешнего облика здания и его масштаба до статусности и престижа учиться в одном из крупнейших и лучших вузов области. Относительно специализации мне было абсолютно понятно, что нужно поступать на энергетику. В то время энергетика была равнозначна современному IT-направлению.

— Представляли, где и кем конкретно будете работать?

— Если в Советском Союзе поступаешь в Политехнический институт, то определенно рассчитываешь попасть в ИТР (инженерно-технические работники). Вуз — это не ПТУ, это серьезная планка, это интеллектуальная элита. Ты учишься, получаешь специальность, а уже затем решаешь, куда пойти работать. Вернее сказать, страна решает: отправляет тебя по распределению в тот город, на то предприятие, где ты на данный момент нужнее.

— Насколько легко было поступить в университет?

— Для меня самым страшным экзаменом был русский язык. Математику и физику я сдал на отлично без подготовки, а за сочинение получил тройку и радовался, что не двойку. Проходного балла хватило. Тогда был конкурс — пять человек на место.

«Научиться быть человеком»

— Сложно ли было учиться? Какие отметки чаще всего ставили в зачетку?

— Студенческие годы — это самое золотое время. И оценки — вообще не главное. Самое главное и в институте, и потом в жизни — научиться быть человеком.

— Какой смысл вы вкладываете в это понятие?

— Определенно правильный человек — это не карьерист. В наше время слова «лидер», «карьера», «амбиции» имели негативный оттенок. В людях ценились такие качества, как умение быть честными, держать слово, быть порядочными, чтобы вас уважали.

— Студенческие годы — это не только учеба. Всегда запоминаются друзья и совместный досуг. Насколько насыщенной была жизнь вне лекционных аудиторий?

— Еще в школе, в старших классах, я увлекался наукой — математикой, физикой, химией, биологией. Мы с товарищами всё время что-то взрывали, делали слезоточивые газы, мастерили бомбочки. Нас даже хулиганы боялись. В вузе сохранился интерес к науке. Меня считали толковым и даже оставляли на кафедре. К моему кругу увлечений добавилось туристическое хобби. Очень яркие впечатления — это походы на Сугомак и летом, и зимой, поездки на картошку, песни под гитару, виниловые пластинки. Как-то вышел новый альбом Pink Floyd. Ребята привезли из Москвы послушать его всего на одну ночь. Мы собрались в общежитии с однокурсниками, сидели и слушали, рисовали какие-то картинки и паяли светомузыку, как истинные энергетики.

Читать еще:  Что означает в птс мощность двигателя

Производственная практика — школа жизни

— ЮУрГУ сегодня придерживается практикоориентированного подхода в обучении. Эта традиция родом из вашего студенчества?

— Нас регулярно отправляли на практику на предприятия по всей стране. После третьего курса многие поехали в стройотряды, а мы втроем с товарищами выбрали Москву, захотели строить ТЭЦ. Там мы работали и набирались жизненного и профессионального опыта. Рядом не было никого — ни знакомых, ни родственников.

— Что именно делали?

— Работал монтажником, сварщиком, верхолазом. Через месяц меня назначили замом бригадира, потому что я неплохо разбирался в чертежах. Команда из восьми взрослых мужчин находилась в подчинении у студента-второкурсника. Однажды бригадир заболел и оставил меня исполняющим обязанности. Я, 19-летний студент, неделю руководил строительством ТЭЦ.

— Получалось?

— Я не ошибался, говорил дело. Бригада доверяла, слушалась, всё получалось.

— Было желание не просто возглавить строительство ТЭЦ, а совершить какое-то собственное открытие?

— Существовало три вещи, которыми считалось важным заниматься, — телепортация, машина времени и вечный двигатель. Каждый мечтал что-то из этого изобрести. Тогда были популярны Стругацкие, а потому все грезили фантастическими высокотехнологичными идеями.

— Тем не менее наукой заниматься вы не захотели?

— После защиты диплома у меня была следующая альтернатива в области трудоустройства. Во-первых, мне предлагали остаться на кафедре в университете. Во-вторых, звали по распределению пойти работать в «Челябэнерго». И то, и другое считалось престижным. Однако я отказался от этих заманчивых вариантов.

— Я решил, что кабинетная работа не по мне. Мы целым десантом в восемь ребят договорились и отправились по распределению на Север — в Сургут, в «Тюменьэнерго». Неизведанные дали, дорог нет, люди летают на вертолетах, тайга, медведи, северное сияние, 200 км до ближайшего населенного пункта и минус 40 градусов. В этих краях был острый дефицит кадров. Перед молодыми специалистами с высшим образованием открывались все дороги. Меня отправили в поселок Сентябрьский, на 101-й километр, где проживало 1,5 тысячи бывших осужденных. Уверяю вас, скучно не было. Через две недели работы меня назначили мастером, а через полгода — начальником. Вот где была школа жизни. Я до сих пор говорю коллегам: хотите стать настоящим мужчиной, поезжайте на Север.

— В цивилизацию не тянуло?

— После трех лет работы в тайге я вернулся в Челябинск к родителям. Устроился на ТЭЦ-2 инженером электротехнической лаборатории, а через полгода вернулся обратно на Север и остался там еще на 10 лет. В городе мне казалось намного скучнее. За рабочий день на ТЭЦ-2 я выпивал чайник чая. Представляете, как работа кипит. На Севере было вообще не до чаепитий.

Делай, что должен — и будь что будет

— В каком состоянии вам досталась компания «Интерсвязь»?

— История сложилась по кольцевой композиции. В 1997 году я приехал в Челябинск в Южно-Уральский госуниверситет. На восьмом этаже ЮУрГУ сидела компания «Интерсвязь» (все семь человек — выпускники и аспиранты вуза), стояли серверы. Тогда интернета не существовало, вместо этого явления была сеть передачи данных Х.25. Услугами компании пользовалась пара-тройка банков.

Читать еще:  Двигатели для электрокаров характеристики

— Вы сделали ставку на нечто абстрактное, малопонятное и не прогадали?

— С Севера я приехал с определенным заработанным капиталом. Было понятно, что в бизнес нужно инвестировать, чтобы дело начало приносить свои плоды. Я вложил всё, что у меня было. Мы купили оборудование, стали создавать инфраструктуру. Среди семи ребят я распределил роли: ты будешь главным инженером, ты — начальником узла связи, ты — начальником службы безопасности. Плюс нам нужна газета и редактор. Потихоньку начали развиваться. В какой-то момент стены вуза стали тесными. Мы сменили прописку, и началось развитие компании в русле предоставления услуг физическим лицам.

— Ваше сотрудничество с университетом продолжается и сегодня. Как поддерживаете студентов ЮУрГУ?

— Одна из причин, почему я тогда выбрал компанию «Интерсвязь», — это малопонятная, но очень перспективная и прорывная сфера, которая требовала постоянного развития и продвижения. Сейчас складывается примерно такая же ситуация с системой «умный город», с интернетом вещей и многими другими направлениями. Когда мы были провайдерами, а потом операторами связи, было интуитивно понятно, что интернет проникнет всюду. В 2015 году эти ожидания стали реальностью, и следовало совершать следующий шаг. Тогда, опережая события, «Интерсвязь» инициировала совместный с ЮУрГУ проект, став индустриальным партнером вуза, и начала инвестировать в IT-специалистов.

— Какова цель инвестиций в будущих специалистов и их проекты?

— Еще три года назад было не очень понятно, к какой конкретной цели мы движемся и каков смысл вкладываться в нечто абстрактное. В прошлом году, когда на уровне правительства заговорили о цифровой экономике и умных городах, перспективы и векторы развития стали совершенно ясны. Это как раз то, чем занимаются в наших лабораториях студенты ЮУрГУ: ставят эксперименты, реализуют авторские проекты, внедряют собственные ноу-хау.

Передовые разработки уже используются в различных сферах — энергетике, коммунальных услугах, медицине. Такие сервисы, как «Теледомофон», «Обратиться в ЖЭК», «Бесплатный Wi-Fi», «Видеонаблюдение», «Запись к врачу» и «Система «Город»» очень популярны. И это не предел возможностей. Научный потенциал только растет. Нам понятно, куда мы движемся, какие продукты создали, какие масштабируем. Сегодня 80% подъездов открываются со смартфона, появляются умные парковки. Это и есть будущее.

— Каким будет следующий шаг?

— В разработке проект под кодовым названием «АО2». Поскольку IT-компании работают в условиях гонки интернет-вооружений, нужно держать руку на пульсе. Сейчас в наших лабораториях студенты совершенствуют системы мониторинга состояния окружающей среды, компьютерного зрения и машинного обучения. Все это кажется за гранью возможного. Интернет вещей — это сфера, которая активно продвигается вузом. Тем самым в ЮУрГУ развивают научный потенциал и проектное образование студентов. В каждом из проектов могут принимать участие до 20 IT-специалистов и программистов, то есть в общей сложности более 100 человек.

Самое главное, что у нашей компании и ЮУрГУ есть огромное желание двигаться вперед, развивая технологии. «Интерсвязи» не хватает фундаментальных знаний в некоторых отраслях, которыми обладает один из лучших вузов в стране. И если мы будем развивать наши проекты сообща, то с нами будет двигаться вперед весь город и регион. В этом высокотехнологичном будущем для каждого из нас будет место.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector